Наркоборцун Ройзман и реальные борцы с наркотиками – почувствуйте разницу

Один из самых непонятных моментов в «крестовом походе» Евгения Ройзмана против наркоторговцев – это удивительная «неприкосновенность» Дяди Жени. 14 лет Ройзман успешно (с его слов) громит наркобизнес в своем регионе и его окрестностях, бравурно отчитывается о сотнях килограммов «дури», которые захватывают во время рейдов его бандиты оперативники, о десятках выловленных и посаженных за решетку барыг, а до сих пор его не то что не устранили, а даже и попыток покушений не было. Более того, даже не пытались хоть как-то повредить его организм.

Во всем мире наркомафия печально славится своей жестокостью и с легкостью убирает конкурентов или тех, кто мешает вести «бизнес». Такое впечатление, что Екатеринбург и Свердловская область – это какой-то заповедник барыг-гуманистов, которых крышуют не отморозки, а прям-таки кроткие иноки, свято чтущие Заповеди.

Эта несуразица уже давно вызывает вопросы у хоть сколько-нибудь критично мыслящих граждан и они неоднократно эти вопросы задавали самому Ройзману. Ройзман, так же давно, придумал универсальный ответ на этот неудобный вопрос: наркоторговцы – трусы! Боятся, дескать, барыги, грозного Дядю Женю. Хомячков Ройзмана такой ответ вполне устроил. Их вообще вполне устраивает любая ахинея, которую несет их божок.

А вот у людей, которые привыкли думать своей, а не ройзмановской головой, появились новые вопросы. Например, почему трусливые наркобарыги не наймут каких-нибудь отморозков? Или даже киллера? Ведь если судить по отчетам Ройзмана, ущерб, который наносит его «общественная организация» (многие, впрочем, считают ее «организованным преступным сообществом») наркоторговцам – просто огромен! Так отчего же не потратить некоторую сумму, чтобы прекратить эти колоссальные убытки?

Преступники, они ведь потому и преступники, что такие методы борьбы с препятствиями их совсем не смущают, и они спокойно на них идут. Или киллеры тоже бледнеют и слабеют ногами, как только слышат про Ройзмана? Устранять представителей власти, крупных бизнесменов, лидеров беспредельных преступных группировок у них кишка не тонка, а вот Ройзмана – сразу в холодный пот шибает?

Поймите правильно – речь не о том, чтоб Евгению Ройзману прострелили что-нибудь важное, нет, конечно. Такого не надо желать даже очень плохим людям. Пусть их настигнет законное наказание за их грязные дела. Речь тут о том – почему беспощадная наркомафия так лояльна к Евгению Ройзману? Версию про трусливых барыг оставим для «пипла, который хавает» - для ройзмановских хомячков.

Барыги, может, и не героические храбрецы, но их лично никто и не заставляет выходить на поединок с грозным наркоборцуном – в криминальной среде всегда есть те, для кого устранение «помех» - это работа. Да и сама преступная деятельность просто невозможна без силовой составляющей. Боевики, «торпеды» - это обязательный атрибут всякого более-менее организованного криминалитета. Без этого их просто и без затей сожрут их же «коллеги» - конкуренция там похлеще, чем в любом бизнесе – деньги же огромные крутятся.

Вот, к примеру, сюжет Аркадия Мамонтова о «Молодежном антинаркотическом спецназе» - молодых парнях, которые громят точки продажи наркотиков. Того самого «спайса», о котором так полюбил рассказывать Ройзман в нынешнем году. У него вообще какие-то «тематические» года. В прошлом году он боролся с «крокодилом», в нынешнем – исключительно со спайсом, а еще раньше – с «винтом». И это, в свете обвинений самого Ройзмана в причастности к наркоторговле, выглядит не так уж и подозрительно – зачистил один рынок, принялся за следующий.

Не поленитесь, досмотрите хотя бы до половины – на отметке 2:30 рассказывают, как наркоторговцы ловят активистов и избивают их до полусмерти. И на отметке 3 минуты рассказывают, как «налетает охрана, ребят начинают месить». И вполне логично объясняют такое поведение барыг – огромные деньги, за них они готовы любому глотку порвать. 

 А вот Евгений Ройзман, который нам рассказывает, что в результате его деятельности наркомафия несет куда как большие убытки, ходит без охраны и при этом жив-здоров уже 14 лет «беспощадной войны с наркоторговцами». Тут одно из двух: или Ройзман всем нам врет (что для него дело привычное), или он сам в этом криминальном «бизнесе» куда как большая сила, чем те, кого он показательно «громит». Недаром же, как только генерал Бородин приказал своим подчиненным больше не иметь никаких дел с Ройзманом и его фондом «Город без наркотиков», количество изъятой полицией наркоты выросло более чем в три с половиной раза? Тут и следует задуматься – какие «наводки» давал «борец с наркотиками» правоохранителям, что они изымали только мелочевку, и чьи «точки» стали громить полицейские, отказавшись от сотрудничества с «общественником»? Не самого ли Ройзмана?

Еще один бывший заключенный частной тюрьмы Ройзмана рассказал о побоях и издевательствах

Продолжается скандал вокруг незаконно лишенного свободы боевиками фонда Евгения Ройзмана «Город без наркотиков» музыканта Романа Баскина, которого пришлось освобождать сотрудникам СОБРа в ходе полицейской операции. Роман – известный репер и обсуждение его освобождения почти отодвинуло на задний план историю с еще одним бывшим «реабилитантом», которому удалось самостоятельно сбежать из ройзмановского концлагеря.

Владимира, так зовут 20-тилетнего парня из Самары, отправила в «реабилитационный центр» ГБН его мать – очередная жертва ройзмановской пропаганды, поверившая, что в фонде действительно лечат от пристрастия к наркотикам. Парень действительно курил так называемый «спайс» и у него действительно есть проблемы с наркотиками. Но вот чего у него не было – так это желания попадать к Ройзману. Судя по всему, он был в курсе порядков царящих в так называемых «реабилитационных центрах» и он отдавал себе отчёт, что «лечение» там заключается в побоях, издевательствах, пытках и рабском труде. Совсем недавно в одной из таких частных тюрем скончалась мать двоих малолетних детей Татьяна Казанцева. Ройзман и его подпевалы постарались выставить дело так, что молодая женщина была больна менингитом, врачи, которых они якобы вызывали, долго не ехали, вот Татьяна и умерла.

Однако нашлись свидетели рассказавшие, как женщину, у которой уже была высокая температура, били, таскали за волосы и приковывали наручниками к кровати. Разумеется, никакой, даже самой простой медицинской помощи ей никто не оказал. В тюрьмах Ройзмана вообще нет медицинских работников, а роль надсмотрщиков выполняют такие же наркоманы, причем даже не бывшие, а вполне действующие. Показания свидетелей дали повод правоохранительным органам усомниться в выводах патологоанатомов, зафиксированных в свидетельстве о смерти Казанцевой, и потому была назначена эксгумация трупа. В результате были обнаружены следы прижизненных побоев и гематомы.

Банда Ройзмана отчаянно сопротивлялась проведению посмертной экспертизы. Им удалось одурачить убитых горем родителей Татьяны и они выступили с просьбой не проводить эксгумацию. Когда стало ясно, что эксгумация все же будет, боевики фонда даже поставили на могилу Татьяны сигнализацию, рассчитывая сразу же прибыть на место и помешать проведению следственных действий. Не удалось. Сейчас один из надсмотрщиков (Игорь Шабалин) ожидает суда, другой явно причастный к этому делу (правая рука Ройзмана Евгений Маленкин) ударился в бега и объявлен в розыск.

В своем видеоинтервью Владимир рассказал, что был вынужден написать согласие и сказать на видеокамеру, что остается в «реабилитационном центре» добровольно, лишь после того, как ему стали угрожать физической расправой.

«Под угрозой применения физической силы жителя Самары плечистые парни, «амбалы», как он их охарактеризовал, вынудили подписать заявление о прохождении 21-дневного курса «реабилитации» и записали на видео его «добровольное согласие» (РИА «Новости»)

За покладистость Владимиру пообещали, что он пробудет в заключении 21 день, после чего его отпустят. Когда, по прошествии 21 дня парень понял, что никто его отпускать не собирается, он сбежал от своих тюремщиков, добрался до Екатеринбурга и пришел в отдел по борьбе с оргпреступностью ГУ МВД России по Свердловской области.

Что творится за решетками частной тюрьмы Ройзмана Владимир рассказал в своем интервью.

«Сила в правде!» А что правда – решает Ройзман.

Адвокатша Настя Удеревская, благополучно слившая информацию о крокодиловой наркомании «главного на Женском» Игоря Шабалина и тем подставившая своего босса, Евгения Ройзмана (тот всем рассказывал, что в рядах его соратников и в фонде «Город без наркотиков» наркоманов нет, всех регулярно проверяют), продолжает срывать покровы железной рукой. Железные руки стучат по клавиатуре компьютера, покровы трещат на Ройзмане. Теперь Настя задалась целью разоблачить вранье Ройзмана по поводу «малолетнего долбоеба» ((с) Гоблин) Вени Помазкина. Ранее всем было известно, что Веня – «литературный негр» Дяди Жени Ройзмана. Точнее, блогонегр – модерирует за Ройзмана его ЖЖ. Ройзман, ясно дело, никогда об этом прямо не заявлял, но тут и «косвенных» вполне достаточно.

Веня, как и положено «малолетнему долбоебу», совсем потерял берега. И науськанный Ройзманом и, наверняка, той же Удеревской (кто ж еще мог дать Вене юридическую консультацию?) и убежденный, что ему, несовершеннолетнему, ничего за хамство в Интернете не грозит, окончательно разбушлатился. Так, кстати, цыгане, которых очень «любит» Ройзман, используют малолеток – отправляют их торговать наркотой (да, с которой отважно «борется» Ройзман), убеждая, что им ничего не будет, даже если их поймают злые менты. Ну и у гопников есть такая фишка – выставлять вперед наглого сопляка, который задирает взрослого дядю, заслуженно получает по ушам, а затем из засады выходят бандюки, которые типа «за правду». И предъявляют дяде претензию – «ты чо маленького обижаешь»?! Ну, а дальше, как правило, гопники толпой накидываются на человека, избивают его и грабят. Ройзман, урка со стажем, этот приемчик хорошо знает и умело использует – сейчас Веня заслуженно огребет неприятностей, что даст Ройзману отличный повод поднять в интернете и в СМИ истерику: «Менты, уроды, схватили несовершеннолетнего мальчика и бросили его в узилище!».

Так вот. Как только за охамевшего Помазкина всерьез взялись, Ройзман поспешил от него дистанцироваться. Ну, это у Ройзмана вообще такая давняя привычка – отказываться от всех своих подельников, как только их берут за мягкое место. Дескать, это не наш, я его едва знаю, он просто мимо проходил. Такой нехитрый ход позволяет Ройзману уже долгое время избегать заслуженного наказания, даже когда членов его банды осуждают по серьезным статьям – за убийства, за грабежи, за изнасилования, за разбои и т.д. Вот и Веня уже не имел никакого отношения к блогу Ройзмана, как заявил сам «Наркоборец». Это просто «малолетка, которого обшмонали менты». Как ни косит Ройзман под политика и общественного деятеля, а блатное так и лезет наружу…

Удеревская тут же подсуетилась и перепечатала пост своего Пахана. Но тут в комментарии пришел пользователь, начавший задавать недоуменные и неудобные вопросы – как же Веня не имел отношения к блогу Дяди Жени, когда есть вот такие доказательства? И привел эти доказательства. Удеревская вспомнила, что она не только член банды Ройзмана, но еще и адвокат и начала выкручиваться: «Никто не отрицает, что иногда Веня ставит тексты»! Т.е., заявила, что у Вени был доступ в блог Ройзмана, чем и похоронила версию самого Ройзмана, что никакого «блог-секретаря» у него нет и не было. Хотя, конечно, умелый враль Ройзман и тут выкрутится – скажет, что блог-секретаря не было, потому что должность эта называется по-другому. Блог-помощник, например.

Соратники Ройзмана показали настоящее лицо «общественного деятеля».

Долгое время образ Евгения Ройзмана воспринимался общественным мнением, в основном, исключительно с положительной стороны. Борец с наркотиками, спаситель наркоманов, «сила в правде» и даже «защитник русского народа». Ну и к этому – ценитель искусств, коллекционер, меценат, поэт, спортсмен, муж и отец – почти супергерой из комиксов, сплошные плюсы и практически полное отсутствие минусов. Ну, если и были какие-то пятнышки, то все они были как бы в прошлом (когда он обворовывал своих любовниц и получил за это срок), давно уже забылись и на сияющих доспехах Рыцаря Света Ройзмана стали даже и не заметны.

Конечно, были у Ройзмана и недруги. Да, чего там, даже и враги были. Но было их не так много, на фоне всеобщего обожания они были почти не видны, а их наличие объяснялось Ройзманопоклонниками просто: «Это или барыги, или нарколыги». Ну, и в самом деле – кто ж может выступать против Дяди Жени? Против, практически, самого Добра? Только те, кому он наступил на больную мозоль в процессе «добротворчества».

Зато защитников у Ройзмана было… многие тысячи. Кроме неустанного восхваления своего кумира, они занимались еще одним нужным для Дяди Жени делом – затаптывали недругов, набегая несметной ордой на любое критическое высказывание в адрес своего Гуру или, тем более, на попытку обвинить его в преступной деятельности. Поклонники были многочисленны, хорошо организованы, действовали быстро и жестко. Любая, даже самая большая компания дорого бы дала за такую собственную PR-армию.

Но лучшее, как известно, враг хорошего. Так продолжалось много лет, пока Ройзман не вляпался в очередные неприятности и на его защиту снова поднялись интернет-массы и ближайшие соратники. Эти самые соратники, своим усердием не по разуму, и обрушили репутацию Евгения Ройзмана, которую он так долго и кропотливо создавал. От вчерашнего супергероя стали отворачиваться его вчерашние почитатели, хор голосов в поддержку «наркоборца» не просто ослаб, а распался на мелкие группки, сразу стали видны и слышны противники Ройзмана, и оказалось, что говорят они очень даже правильные и аргументированные вещи. Стало ясно, что Ройзман – не тот, за кого себя выдавал, что «сила в правде» - это лицемерие, а на самом деле сила – в постоянном и обильном вранье Ройзмана. Выяснилось, что вокруг себя Ройзман собрал циничных хамов и лжецов, и сам он тоже – хам и лжец. Да и фактов, говорящих, что Ройзман лидер преступного сообщества, выплыло множество.

Кроме того выяснилось, что популярность свою Ройзман  создал не только делами, но и банальной манипуляцией общественным мнением – кроме тех, кто под собственными именами открыто выступал в защиту Ройзмана или создавал ему образ героя, над теми же задачами трудились «бойцы невидимого интернет-фронта». Те, которых принято называть ботами и ботоводами. Им платились деньги, за то, что они дежурили на популярных форумах и размещали там хвалебные комментарии в поддержку Ройзмана, и вступали в перепалки с критиками Дяди Жени. Ройзман и тут показал свое истинное лицо – он банально «кинул» своих работников, не заплатив им денег за несколько месяцев работы.

Евгений Ройзман: можно ли превратиться из общественника в маргинала?Окружению известного наркоборца при помощи социальных сетей за последние недели удалось кардинально изменить имидж своего кумира

Конфликт фонда «Город без наркотиков» и властей Свердловской области длится более полугода. Борьба идет за здание, умы журналистов, за имидж политиков и общественников и многое другое. В течение последнего месяца реноме Евгения Ройзмана было серьезно подпорчено… его же соратниками. «Вечерние Ведомости» предлагают ознакомиться с анализом ситуации, которая сложилась в окружении известного общественного деятеля. 

Противостояние властей Свердловской области и фонда «Город без наркотиков» идет и в правовом, и в информационном поле. В правовом поле эта борьба идет с переменным успехом. Арестован сотрудник Ройзмана Игорь Шабалин, в бегах и заочно арестован вице-президент фонда Евгений Маленкин. В то же время Евгению Ройзману удалось выиграть суд первой инстанции за здание, принадлежащее областным властям, в котором без оплаты аренды размещается офис фонда «Город без наркотиков».

Информационная война, которую ведет Евгений Ройзман, на сегодняшний день практически проиграна. Главным результатом медийных «разборок», которые на протяжении последнего года устраивал Ройзман, стало то, что журналисты в информационных поводах, связанных с Евгением Ройзманом, все чаще выслушивают обе стороны конфликта и публикуют, соответственно, обе позиции. Этого оказалось достаточно, чтобы обнаружить искажения фактов и передергивания, которые допускались и допускаются Евгением Ройзманом. Безусловно, это серьезнейшим образом подорвало авторитет этого общественного деятеля.

Едва ли не главным оружием в информационной войне, которую ведет против силовиков и губернатора Евгений Ройзман, был имидж наркоборца и общественного деятеля, которого интересуют только добрые дела.

Еще одно уголовное дело по банде Ройзмана. Предъявлено обвинение.

Как сообщил сегодня официальный сайт Следственного комитета России, члену ройзмановской банды сотруднику фонда «Город без наркотиков» Игорю Шабалину предъявлено обвинение по пунктам 2 и 3 статьи 127 Уголовного кодекса Российской Федерации, «Незаконное лишение свободы».

Следственными органами Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области официально неработающему жителю Екатеринбурга 34-летнему Игорю Шабалину предъявлено обвинение в совершении восьми эпизодов преступления, предусмотренного п."а" ч. 2 ст.127 УК РФ (незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, совершенное группой лиц по предварительному сговору), а также одного преступления, предусмотренного ч.3 ст.127 УК РФ (незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего).

По данным следствия, обвиняемый Игорь Шабалин, действуя совместно с другим обвиняемым по этому делу - Евгением Маленкиным (в настоящее время находящимся в международном розыске), в 2011-2012 годах незаконно лишил свободы девять реабилитанток женского реабилитационного центра некоммерческой организации «Благотворительный фонд «Город без наркотиков», находящегося в поселке Сарапулка города Березовского. При этом одна из реабилитанток – 29-летняя Татьяна Казанцева – в результате непринятия к ней своевременных мер по оказанию медицинской помощи, в которых она на момент нахождения в центре остро нуждалась, впоследствии скончалась в городской больнице Березовского.

Следствием установлено, что все девять потерпевших по данному уголовному делу доставлялись в реабилитационный центр на основании устной договоренности или письменного соглашения, заключенного между родственниками реабилитанток и руководящими работниками центра. При этом сами реабилитантки своего согласия на нахождение в центре не давали, поэтому помещались туда против своей воли. По прибытию в центр реабилитантки первоначально помещались в «карантин», снабженный запирающимися устройствами и замком, что также лишало их возможности передвигаться в неограниченном пространстве по собственному желанию, выбирать место своего пребывания и общаться с родственниками и близкими людьми. Кроме того, за нарушение установленного в «карантине» распорядка к реабилитанткам применялись спецсредства – наручники, которые снимались с них только на период принятия пищи и отправления естественных потребностей. Для предотвращения случаев самовольного ухода с территории центра обвиняемым и другими лицами по его поручению использовались системы видеонаблюдения. Тем не менее при возникновении случаев самовольного ухода реабилитанток с территории центра его сотрудниками, в том числе и обвиняемым, предпринимались меры к их принудительному возвращению в центр, тем самым потерпевшие вновь лишались свободы.

В настоящее время следователем выполняется комплекс необходимых процессуальных действий, направленных на завершение расследования. После этого уголовное дело будет направлено для утверждения обвинительного заключения и последующей передачи в суд для рассмотрения по существу.

Сам Евгений Ройзман, как обычно, не при чем. Дядя Женя настолько умело выстроил     структуру и взаимоотношения в своей шайке, что легко выходит сухим из воды в любых, даже самых криминальных ситуациях. А таких ситуаций было много – грабежи, изнасилования, избиения, разбои и даже убийства руками «сотрудников фонда Ройзмана», а сам Ройзман традиционно не при делах.



Да и «проколовшиеся» сотрудники быстро объявляются Ройзманом не сотрудниками, а так – приблудными. Дескать, мимо проходили, натворили делов, но это совсем не наши люди. Этот вот нехитрый прием, плюс защита общественного мнения, которым Ройзман умело манипулирует и, скорее всего, чье-то покровительство всегда позволяют Ройзману избежать справедливого наказания к удивлению трезвомыслящих граждан. Ну, казалось бы, человек создал организацию, которая творит беспредел и беззаконие, но наказание несут пешки, а главный – всегда «в белом». Как это так? А вот так, уметь надо. Вот и Шабалина, как только он был арестован, Ройзман сразу же объявил никаким не сотрудником фонда, а таким же реабилитантом, как и те, против кого он совершал преступления. Дескать, а при чем тут фонд? Это все гражданин Шабалин своевольничал.  Хотя до этого Ройзман называл Игоря Шабалина и «директором Женского реабилитационного центра», и «старшим на Женском», но как стоило тому попасть под следствие – и он уже никто, просто реабилитант. Впрочем, не просто реабилитант, а еще и наркоман. Причем, не в прошлом, а в самом что ни на есть настоящем. Об этом сообщила ближайшая соратница Ройзмана, адвокат Удеревская. Выходит, что когда Дядя Женя выпускал победные реляции о новых девочках на Женском, то прибывали они прямиком в руки крокодилового наркомана Шабалина? И Ройзман про это ничего не знал? Или знал, но это было нормально?

Кроме Шабалина, которому уже предъявлено обвинение, в том же самом подозревается и находящийся в бегах Евгений Маленкин, правая рука Ройзмана. Тут отработанный финт «он не наш сотрудник, а лишь приблудный нарколыга» уже никак бы не прошел. В это бы не поверили даже самые отмороженные хомячки Ройзмана. Потому пришлось податься в бега, что для начала пытались маскировать «паломничеством по святым местам». Даже клятвенно обещали, что к 30 ноября Маленкин непременно вернется и «с восторгом предаст себя в руки правосудия» ©. Как всегда – соврали.

Глава ФСКН Виктор Иванов поспешил опровергнуть свою поддержку Евгению Ройзману

Несколько дней назад, выступая в эфире радио «Эхо Москвы», председатель Государственного антинаркотического комитета, директор Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН) Виктор Иванов заявил, что деятельность негосударственных организаций по реабилитации наркоманов – это, в целом, хорошо и правильно. В чем с ним, конечно, никак нельзя не согласиться. Еще Иванов имел неосторожность упомянуть Евгения Ройзмана, оговорившись, что тот действует «не всегда правовыми методами». Эта неосторожность Виктора Иванова (упоминание Ройзмана в одном абзаце со словами одобрения деятельности «в общем») привела к тому, что Ройзман и его сторонники немедленно развернули флаги и заблажили на весь белый свет: «Директор ФСКН поддерживает Ройзмана!» 

В дело распространения этой новости включились и СМИ. Их понять можно – не каждый день представитель спецслужбы государства, руководитель правоохранительной структуры, чья задача – строгое соблюдение законов, выступает с одобрением неправовых, а, зачастую, и откровенно преступных методов, которые практикует Ройзман и его банда!   

Сам главарь ОПГ раздулся от нечаянной радости и рассказывал в интервью, что Виктор Иванов знает о нем, Ройзмане, уже давно, что у них много совместных операций с Госнаркоконтролем (вот таких, видимо) и что Иванов – мужик – встал на сторону Ройзмана и заступился за него!  В общем, как говорится: «Пацан к успеху шел». И в ФСКН, увидев к чему привело неудачное высказывание шефа, пришли в ужас! 

В связи с этим разгулом самопиара Ройзмана, Федеральной службе по контролю за оборотом наркотиков пришлось даже срочно выпустить заявление и опровергнуть какую-либо поддержку директором ФСКН Ройзмана и даже подчеркнуть, что к этой оголтелой пиар-кампании они не имеют никакого отношения!

О якобы имеющей место «поддержке Евгения Ройзмана»

ФСКН России обращает внимание на недопустимость распространения в СМИ абсолютно недостоверных и ложных утверждений

ФСКН России обращает внимание на недопустимость распространения в СМИ абсолютно недостоверных и ложных утверждений, вброшенных газетой «Коммерсантъ» за 12 ноября 2012 года, о якобы имеющей место «поддержке Евгения Ройзмана» со стороны председателя Государственного антинаркотического комитета, директора ФСКН России Виктора Иванова.

Подобные заявления тем более странны, что на сайте радиостанции «Эхо Москвы» через час после прямого эфира Виктора Иванова были размещены видеозапись и стенограмма передачи, в которых речь идет о поддержке не бренда «Евгений Ройзман», а деятельности негосударственных реабилитационных центров в целом, разумеется, когда их деятельность не вступает в противоречие с законодательством Российской Федерации.

ФСКН напоминает, что не является участником пиар-проекта Евгения Ройзмана.

СМИ, интересующиеся ходом создания Национальной системы реабилитации и ресоциализации в соответствии с поручением Президента Российской Федерации по итогам состоявшегося 18 апреля 2011 г. в Иркутске заседания президиума Государственного совета Российской Федерации «О мерах по усилению противодействия потреблению наркотиков среди молодежи», приглашаем напрямую обращаться в Государственный антинаркотический комитет и ФСКН России, а также принять активное участие в освещении 22 ноября 2012 г. круглого стола в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации на тему: «Законодательное обеспечение создания и функционирования национальной системы социальной реабилитации и ресоциализации наркозависимых лиц» и Совещания председателя Государственного антинаркотического комитета по проблемам социальной реабилитации и ресоциализации 28 ноября в «Президент-отеле» (г. Москва).

Ждём срочного опровержения и извинений от газеты «Коммерсантъ».

http://fskn.gov.ru/includes/periodics/news/2012/1113/132821284/detail.shtml

Вранье Ройзмана: анализ и выводы

Число людей, верящих Ройзману с какой-то религиозной упертостью, явно снижается. И это хорошо. Потому как, выходит, снижается число тех, кого Ройзман обманул и кем манипулирует. А то, что Ройзман надул пузырь своей популярности на лжи и манипуляциях – это факт, не раз подтвержденный документами. В том числе, и в блоге «Евгений Ройзман. Справка. Собственность, источники дохода, криминальные связи».

Вместе с этим растет число тех, кто решил разобраться и понять – кто же такой Ройзман на самом деле и как именно он обманывает наивных и доверчивых. Некоторые исследователи делают очень серьезную работу – добывают факты, сопоставляют с тем, что говорит Ройзман и его подельники. Выводы получаются убийственные. Для Дяди Жени Ройзмана и его банды. В том, что он врет и подтасовывает факты не остается никаких сомнений.

Предлагаем вашему вниманию интереснейшую аналитику из этой серии. Намедни она появилась в СМИ.

Ройзман как он есть: неизвестная аналитика о фонде «Город без наркотиков»

Фонд «Город без наркотиков» и один из его основателей, Евгений Ройзман, давно стали одними из брендов современного Екатеринбурга. Положительными или отрицательными - вопрос спорный. Бесспорно одно: ярлыков у организации хватает. Самые распространенные штампы - «Ройзман - это ОПС «Уралмаш», «Реабилитационные центры - это пыточные», «Ройзман отнюдь не идеален, но что делать, если излечить наркомана можно только приковав его наручниками к койке».

Между тем есть люди, которые уверяют: чтобы объективно разобраться в сегодняшних событиях, стоит вновь вернуться к истории ГБН и поставить целый ряд новых вопросов. Насколько вообще эффективны методики Фонда и какова его экономика? Почему ГБН потихоньку свернул проект организации филиалов? Часто ли в реабилитационные центры проносят водку и наркотики и кто это делает?

ЕАН предлагает читателям ознакомиться с выдержками из многостраничного исследования неизвестного нам блогера. Любопытно, что многие выводы автор сделал на основе материалов самого ГБН и книги Евгения Ройзмана. На наш взгляд, это небезынтересное чтение.

Как попадают в фонд

Предлагаем сразу обратиться к текстам сотрудников фонда «ГБН»:

«За все время существования фонда пришли к нам сами по доброй воле всего несколько человек. Остальными попадали самыми разными способами. Кого-то привозили родители, связанных в багажниках, одного притащили даже на цепи. Некоторых родители заманивали к нам под разными предлогами-– на консультацию к психологу или «есть один чудо-доктор». Некоторые попали к нам в ходе операций».

Последние слова настолько необычны, что необходимо их повторить: «Некоторые попали к нам в ходе операций». Это значит, что они не пришли сами, и их не привели родители - сотрудники фонда проводили операцию по задержанию наркоторговцев и захватили наркопотребителей. Фондовцы искренне считают, что для этого достаточно получить устное согласие родителей по телефону.

Если сотрудники фонда получают согласие, то привозят с операции гражданина или гражданку России, против их желания (как написано, не по доброй воле) в свой реабилитационный центр, из которого они не выпускают раньше чем через один год. Факты похищения и удержания были доказаны и в ходе суда над Егором Бычковым.

Сотрудники фонда знают, что это является нарушением закона, и что они преувеличивают права родителей. Дети не являются собственностью родителей. После 18 лет человек юридически принимает все решения самостоятельно, если его не лишили в суде дееспособности. У родителей нет права ни самостоятельно лишать их свободы, ни избивать, ни допрашивать. Нанимать для этого других людей закон тоже не позволяет.

Холодная

Холодная - это просто помещение в фонде, где реабилитантов держат до отправки в реабилитационный центр:

«Тогда я еще не подозревал, куда меня везут. Через 20 минут я уже был в кабинете Кабанова Андрея. Как всегда я чувствовал себя героем. Но когда меня попросили выйти из кабинета, в моих глазах и в душе появилась глубокая печаль, потому что меня, подхватив за руки два здоровенных молодца, попросили снять шнурки и ремень. Я знал, что это делают только в райотделах, а я приехал на лечение. Через пять минут я оказался в «холодной». Тогда в моей голове рассеялись все мысли о респектабельном лечении, и я понял, что кроме принудительной физиотерапии меня никто больше ничем лечить не будет».

В первые годы в таком качестве использовали подвал Игоря Варова. После «холодной» увозят на карантин.

Карантин

Карантин представляет собой большую комнату, где стоят железные двухэтажные кровати.

До 2009 года клиентов фонда пристегивали к кроватям на 3 недели. Наручники регулярно перестегивают с одной руки на другую, в туалет выводят в сопровождении сотрудника фонда. Последних на местном жаргоне называют «ключники». Держали реабилитантов в наручниках, чтобы переждать острый период «тяги к наркотикам» и избежать сложностей вроде захвата заложников. Вероятнее всего наручники использовались в первую очередь для того, чтобы удержать наркоманов в ломке на месте – чтобы не убежали. Ориентировочно в конце 2008 года наручники заменили другие меры:  решетки на окнах и дверях, охрана, и постоянная запись на видеокамеры и микрофоны в помещении карантина.

Благодаря предложению Андрея Кабанова в фонде «ГБН» принята идея, что никакой ломки нет. Это прямое следствие отрицания биологической составляющей наркомании. С точки зрения фондовцев, абстинентный синдром придумали врачи, а у наркомана только капризы.

МКБ -10 описывает абстинентный синдром (ломку) так:

«Могут присутствовать признаки из числа следующих: сильное желание принять опиоиды; ринорея или чихание; слезотечение; мышечные боли или судороги; абдоминальные спазмы; тошнота или рвота; диарея; расширение зрачков; образование «гусиной кожи», периодический озноб; тахикардия или артериальная гипертензия; зевота; беспокойный сон; дисфория».

Абстинентный синдром не самое страшное состояние, но он объективно существует. В центрах фонда «ГБН» ломку пациенты проходят без всяких медикаментов. Впрочем, отсутствие медикаментов – обычная практика реабилитационных центров. Лекарства применяются лишь в государственных реабилитационных программах, расположенных на территории наркодиспансеров. Для медикаментозного купирования абстинентного синдрома (ломки) нужно получить лицензию на медицинскую деятельность.

Фонд же предпочитает именно клиентов в состоянии абстинентного синдрома. В состоянии ломки, питаясь хлебом, водой, луком и чесноком, люди гораздо легче поддаются специальной обработке. Реабилитантов используют в  первую очередь как источник информации. Как описывает это сам Евгений Ройзман:

«Механизм следующий:

На карантине больше 50 человек. Каждый про наркотики и наркоторговцев знает все. Вновь поступившему дают бумагу, где он рассказывает: когда он начал употреблять наркотики, какие, с кем, по чем брал, у кого - номера телефонов, адреса, номера машин и т.д. Все это быстро проверяется, сверяется с имеющейся информацией, тем более, что врать у нас не принято. После чего реабилитанту дают возможность закупиться у своего барыги - дело добровольное, но отказываться не принято».

Попав в фонд, наркоман описывает, как добывал деньги на наркотики, где у кого и с кем покупал. У реабилитантов изымают SIM-карты мобильных телефонов и просматривают список контактов.

Жителей Екатеринбурга и области используют как подставных покупателей. Находясь на «реабилитации» человек ездит по городу, покупает наркотики, дает после этого свидетельские показания. У сотрудников фонда есть предположение, что, сдав своего торговца, человек потеряет контакты в среде наркоторговцев и наркопотребителей. Никаких подтверждений у этого предположения нет. Практика показывает, что люди, возвращаясь из мест лишения свободы после 3-5 летнего заключения, находят, где купить наркотики. Даже, переехав с родителями в другой город, наркоман может быстро найти среду наркопотребителей и наркоторговцев.

Потребность в лечении наркомании

Сотрудники фонда «Город без наркотиков» исходят из допущения, что ни один наркоман не хочет бросить. Никаких серьезных оснований у такой идеи нет.