суббота, 16 января 2016 г.

Банда Ройзмана подбрасывала людям наркотики вместе с коррумпированными ментами

Евгений Ройзман фактически является создателем организованной преступной группы, легализованной под видом фонда  "Город без наркотиков". На счету бандитов Ройзмана убийства, разбои, грабежи, изнасилования, кражи и другие преступления.

Во время расследования уголовного дела Евгения Маленкина, который был ближайшим подельником Евгения Ройзмана, были доказали факты подбрасывания наркотиков и лжесвидетельства, совершенных при соучастии коррумпированных фондом сотрудников милиции.

Ura.ru: "Приговор бывшему вице-президенту екатеринбургского фонда «Город без наркотиков» Евгению Маленкину дал повод для возбуждения уголовного дела по факту дачи ложных показаний (ч. 2 ст. 307 УК РФ — заведомо ложные показания свидетеля в суде, соединенные с обвинением лица в совершении тяжкого преступления). За них к ответственности привлекли двух бывших сотрудников патрульно-постовой службы полиции УМВД России по Екатеринбургу Василия Кваскова и Сергея Воронина. Есть версия, что они плотно сотрудничали с фондом «ГБН» и фальсифицировли доказательства, подбрасывая героин подозреваемым в наркоторговле людям.

Как сообщили «URA.Ru» в пресс-службе Свердловской областной прокуратуры, оба сотрудника в 2009—2010 годах дали показания на гражданина Лобкаева, которого якобы доставили в райотдел после задержания с героином. Впоследствии на основании показаний полицейских (наркотик был изъят в присутствии понятых) он был приговорен к 3 годам лишения свободы, а сам эпизод спустя 5 лет рассматривался в рамках уголовного дела, фигурантом которого был Маленкин.


В ходе судебного следствия над Маленкиным (приговор ему был вынесен в апреле 2015 года) установлено, что Квасков и Воронин в ноябре 2009 года Лобкаева в районный отдел милиции не доставляли. «Таким образом, судом установлен факт дачи Красковым и Ворониным в январе 2010 года заведомо ложных показаний в судебном заседании при допросе в качестве свидетелей об обстоятельствах задержания Лобкаева с наркотическим средством, что повлекло необоснованное привлечение его к уголовной ответственности», — говорится в официальном заявлении прокуратуры. Материалы уголовного дела отправлены в Верх-Исетский районный суд Екатеринбурга".

«Данный факт выявлен в ходе расследования уголовного дела в отношении Маленкина. Указанные сотрудники были уволены из органов внутренних дел по отрицательным мотивам, проведены собрания служебных коллективов, на которых руководители акцентировали внимание на жёсткое требование к соблюдению законности при раскрытии преступлений и недопустимости поиска „лёгких путей“ для повышения показателей»

При этом, как пишет на ту же тему"Коммерсант", Ройзман фактически сознался в преступлении. Несмотря на доказанные факты и увольнение коррумпированных ментов, он заявил откровенный бред.
"Мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман, ранее возглавлявший «Город без наркотиков», убежден, что действия Василия Кваскова и Сергея Воронина не имели отношения к сотрудникам фонда. «Обычная история, полицейские прикрывали своих. Однако я считаю, что факт подброса наркотиков не имел места, просто они все изначально коряво оформили», — отметил господин Ройзман".

Такое заявление Ройзмана можно считать чистосердечным признанием организатора ОПГ.

четверг, 12 ноября 2015 г.

Ройзман и убийство старушки из-за квартиры

Ройзман в суде. Как всегда, садятся в тюрьму за тяжкие преступления его близкие друзья, а он -  "свидетель". Посмотрите на лицо этого человека. Сразу видно - точно свидетель.




среда, 17 сентября 2014 г.

Андрей Кабанов: Ройзман мне не друг. Он предатель. И это я сделал из него героя. Прошу у всех прощения.

Это, пожалуй, ни в каких комментариях и пояснениях не нуждается.


Андрей Кабанов: «Всё. «Город без наркотиков» пора закрывать»
Один из основателей фонда утверждает, что хочет закрыть организацию, чтобы остановить Евгения Ройзмана.

Один из основателей фонда «Город без наркотиков» Андрей Кабанов в эфире «Четвертого канала» заявил, что организацию нужно закрывать.

Андрей Кабанов, один из основателей фонда «Город без наркотиков»:

 — Фонд «Город без наркотиков» стал брендом, который нужен Ройзману, чтобы быть при власти. Фонд надо закрыть, чтобы Ройзмана остановить. Он мне в глаза говорил, что хочет стать губернатором. Когда он пошел на выборы, я спросил, зачем мы идем, когда мы даже лампочку вворачивать не умеем. Он ответил: у нас заложников пять человек, хочу их освободить. Но когда избрался — сказал, что хочет губернатору под задницу напинать. Он предал нас.

Напомним, фонд «Город без наркотиков» был образован 15 лет назад. По словам Кабанова, сейчас у фонда «вялотекущее состояние: есть два десятка реабилитантов и оперативная группа, которая работает ни шатко ни валко».

Помимо заявления о том, что фонд пора ликвидировать, за 15 минут эфирного времени Андрей Кабанов успел рассказать еще много всего внезапного. В выражениях не стеснялся. Избранные цитаты даем без купюр.

О бывшем друге Евгении Ройзмане

Когда мы очень легко и просто избрали Ройзмана в Госдуму, ему там, видимо, очень понравилось. Власть — это ведь наркотик. И он втянулся. Потому он и не хочет закрывать фонд — понимает, что это бренд, который помогает оставаться при власти. Ведь на всех выборах выбирали не Ройзмана, не Кабанова. Люди голосовали за фонд.

Но сейчас моего бывшего друга Женю Ройзмана надо остановить. У него далеко идущие планы. Он мне в глаза сказал, что хочет быть губернатором.

Я это понял два месяца назад. И это я сделал из него героя. Прошу у всех прощения. Виноват я.

Он мне не друг. Он предатель. Когда он шел на выборы, объяснял мне: «Андрей, у них пять наших в заложниках Я хочу их освободить». И я думал, он идет за этим. А теперь вижу, как он целуется взасос с Тунгусовым, хотя сам же в свое время 500 запросов написал с требованием Тунгусова посадить.

О «красной зоне» в реабилитационных центрах

Первая ошибка, которую мы сделали, — реабилитационный центр. Это мина замедленного действия. К нам попадают наркоманы — типы из криминальной среды. И мы всего за год должны сделать из них нормальных людей.

Методика — супер! Просто оградить их от наркотиков. И она работает. Но мало лишить наркомана героина, ему башку-то тоже надо поправить. Нужна дисциплина и контроль. А когда контроль потеряли, там, в реабилитационном центре, понемногу стала зарождаться маленькая «красная зона».

О методах работы оперативных групп «Города без наркотиков»

Когда мы создали оперативные группы, которые ловят наркоторговцев, сначала сами принимали участие в операциях. Я сам ездил, Варов ездил. А потом начали набирать ребят из бывших наркоманов.

То есть мы людей оторвали от героина и тут же бросили их на амбразуру. Они заходят на квартиры, а там героин, золото, деньги… И вот они, молодые парни, стоят напротив милиционеров и как бы взглядом между собой решают: «Ну что, как дербанить будем?»

И дербанят. А что вы хотите? Если бы меня в 24 года выдернули от героина и тут же отправили туда, где этот героин лежит, я не знаю, как бы поступил.

Так что были такие случаи. Мы, конечно, когда узнавали, выгоняли таких. Но это когда узнавали. А о скольких случаях мы не знаем?

О том, как заставить фонд работать

Сейчас фонд — это два десятка реабилитантов и опергруппа, которая работает ни шатко ни валко. Но люди-то об этом не знают! Они подходят ко мне на улице и говорят: «Держитесь! Мы с вами!»

Чтобы фонд нормально работал, им надо заниматься. С утра до ночи. Надо там прямо ночевать. И надо быть честным к самому себе. А если не можешь контролировать — закрывай!

Я Жене много раз говорил: «Нужно закрывать быстрей». А он мне отвечал: «Это же наркоманы. Мы ни при чем. К нам это дерьмо не прилипнет». Я дословно цитирую.

О преступлениях сотрудников фонда

Наркотиками мы не торговали. Но люди, которые участвовали в операциях, торговали. Было. Глупо отрицать.

И Женя Маленкин начинает сознавать свои поступки: дает показания в суде, извиняется. Он честный, православный человек. Дай Бог ему здоровья. Они ни в чем не виноват.

Ройзман создал этого монстра. Он виноват. Ройзман непричастен ни к одному преступлению фонда, но он обо всех этих преступлениях знал.

О власти Екатеринбурга

Мое мнение: мэр — это завхоз. И когда Женя туда пошел, я ему говорил: «Зачем? Ни ты, ни я — мы ведь ничего в этом не понимаем. Мы даже лампочку вворачивать не умеем».

К Якобу у меня претензий нет. У меня претензии к Тунгусову. Я и на митинге говорил: «Что вы до Якоба докопались? Вовку из Кремля выносите!»

О том, как закрыть «Город без наркотиков»

Я учредитель. Я имею право закрыть фонд. Я разговаривал со вторым учредителем — Юрой Крюченковым. И он со мной согласился.

Но это не наш фонд: не мой, не Варова, не Ройзмана. Это не моя игрушка. Это фонд, который создавали все. И я должен спросить мнение людей. Потому звоните мне: 8 (900) 197–32–18. Или присылайте сообщения на пейджер «Страна без наркотиков» (002, абонент «Без наркотиков»).

Я посчитал нужным рассказать правду. Люди-то не знают всей этой кухни. И Ройзман этим пользуется.

источник

четверг, 21 августа 2014 г.

Учредитель ГБН о том, каким должен был стать фонд и каким его сделал Ройзман.



Важное свидетельство одного из учредителей фонда "Город без наркотиков" Андрея Санникова. Каким должен был стать ГБН, почему из нужной и полезной организации он стал организованным преступным сообществом и какова в этом заслуга Евгения Ройзмана.

Учредители фонда честно заявили о том, что цели, которые они преследовали, создавая реабилитационные центры, были впоследствии изменены и извращены.

«Работать мы должны были так: наркоман приходит к нам добровольно, сдает все явки, пароли, адреса друзей-наркоманов, барыг. Год он живет у нас, с ним работают психологи, батюшки, воспитатели. За это время мы должны провести „зачистку“ территории, на которую ему придется потом возвращаться — как минимум посадить торговцев, которые продавали ему наркотики, — рассказывает один из бывших учредителей Андрей Санников. — Но Женя не захотел этим заниматься, пустил ситуацию на самотек, поставив управляющими в реабилитационные центры бывших и действующих (!) наркоманов. Фонд превратился в чудовищную, самовоспроизводящуюся, не требующую времени и затрат наркоманскую структуру, которая занималась в том числе незаконным лишением людей свободы, подбросом наркотиков, вымогательством денег с родителей наркоманов, избиениями, изнасилованиями. Они жили своей жизнью, а Женя — своей, используя наркоманов для достижения иных, уже политических целей».

среда, 30 июля 2014 г.

Бандитский Екатеринбург

В Екатеринбурге родился совершенно новый тип преступности, который либо распространится на всю Россию, либо будет показательно уничтожен.

«Это даже не девяностые, это что-то среднее между криминальной Колумбией и не менее криминальной Сицилией. В Екатеринбурге пора вводить чрезвычайное положение и вычищать мафию одновременно на всех квартирах и во всех офисах и кабинетах где она находится. Все фигуранты известны, нужна только политическая отмашка из Москвы», - сказал нашему корреспонденту бывший сотрудник МВД, курировавший борьбу с оргпреступностью в Екатеринбурге.


Мы обратились к нему за разъяснениями после жуткой находки, от которой вздрогнула вся страна – из болота неподалеку от Екатеринбурга извлекли расчлененное тело убитой старушки. От обычного убийства это отличало одно страшное обстоятельство: убитая попала в поле зрения убийц во время посещения кабинета мэра Екатеринбурга Евгения Ройзмана, к которому она пришла просить помощи. Вся вина женщины, которой был 81 год, состояла в том, что она имела в собственности дорогую квартиру. А друг и соратник Ройзмана Олег Кинев оказался координатором банды черных риелтеров, в которую входили специалисты по оформлению недвижимости и убийцы-рецидивисты. Но и это только вершина криминального айсберга Екатеринбурга.







































Это не частный случай, когда среди честных людей завелась паршивая овца. Городская администрация Екатеринбурга настолько погрязла в криминале, что получила неофициальное название «Организованная преступная мэрия».

четверг, 10 июля 2014 г.

30-ое февраля «студента» Евгения Ройзмана

В Уральском государственном университете секретом Полишинеля считают «прозрение» Ройзмана, вдруг получившего диплом историка спустя 18 лет после поступления в ВУЗ. Лапой, тащившей вора на доверии Ройзмана, считают его друга Дмитрия Витальевича Бугрова.

С карьерой у Бугрова сложилось все хорошо. С 1994 по 2007 год он был деканом исторического факультета УрГУ, а с 2007 по 2011 год ректором Уральского университета. Сейчас Дмитрий Бугров  – проректор Федерального университета в Екатеринбурге в который госуниверситет влился в ходе реформ.

Решив стать политиком и собравшись в депутаты, Ройзман стал интересоваться своим имиджем. Образ альфонса, обворовывавшего своих любовниц, не устраивал Ройзмана. В свердловском универе говорят, что часть преподавателей брали деньги от Ройзмана, захотевшего получить наконец диплом, а на других давил Бугров.

Вора на доверии Ройзмана с деканом Бугровым связывало общее дело. В конце 90-х Ройзман вместе с Бугровым провел аферу по выводу из университета крупной партии икон, принадлежавших государству. Милиция много лет сдавала на экспертизу иконы и постепенно в универе скопилась большая коллекция. Бугров отдал эту коллекцию Ройзману. Из этих украденных икон и сформировалась коллекция Ройзмана.
Считается, что Бугров отдал иконы Ройзману потому, что декан не мог самостоятельно барыжить историческими ценностями.
Разница между тем, что ушло из университета и тем, что осталось в коллекции у Ройзмана, Бугрова очевидно устроила.

Совместная афера еще больше укрепила дружбу Бугрова и Ройзмана. Когда Ройзману понадобился диплом, он нашел полное взаимопонимание со старым приятелем.

Текст дипломной работы Ройзману написали.
Но надо было решить проблему допуска до защиты диплома. А для этого нужно сдать много зачетов, экзаменов и т.д . Ройзман не способен на такие подвиги. И тогда Бугров выручил Ройзмана.  


Подельники так спешили, что некоторые записи в зачетке подделаны явно. Особенно смешно они спалились на записи от… 30 февраля 2001 года. 


Таким образом, диплом Ройзмана очевидно можно аннулировать. А предоставление в избирком диплома, который получен с нарушением закона, превращает мэра Ройзмана в обычного урку, который снова накосячил и попался.

Что такое на самом деле «студент» Ройзман и почему он никогда не смог бы написать диплом, говорят его университетские документы, появившиеся за 18 лет до вмешательства Бугрова.

Первое пришествие Дяди Жени в университет. 1985 год.

четверг, 3 июля 2014 г.

"Коммерсант" рассказал подробности о банде Ройзмана

О расследовании дела вице-президента фонда «Город без наркотиков» Евгения Маленкина и тенденциях в криминальном мире региона „Ъ” рассказал начальник отдела по борьбе с организованной преступностью управления уголовного розыска ГУ МВД России по Свердловской области Константин Строганов.

— В суде начинается рассмотрение резонансного уголовного дела в отношении сотрудников фонда «Город без наркотиков», которых обвиняют в незаконном удержании людей и обороте наркотиков. Почему расследованием занимался отдел по борьбе с организованной преступностью?

— То, что нам удалось установить, прямо говорит о том, что подобный формат работы фондовцев был для них нормальным. Мы поднимали старые оперативные материалы и видели, что фонд имеет свою боевую структуру — это так называемые боевики, которые выполняли криминальные задания. Несмотря на то что старые оперативные материалы в уголовное дело не вошли, благодаря им нам удалось составить список лиц, участвовавших в незаконных операциях фонда. Если говорить, допустим, о деле Евгения Маленкина, то тот состав, который ему сейчас вменяется, это лишь вершина айсберга. Многие эпизоды в дело так и не вошли.
Вообще, «боевики» фонда занимались в основном грабежами. Допустим, есть такой Рамазанов (Николай Рамазанов — один из предполагаемых сообщников Евгения Маленкина.— „Ъ”). Установлено, что он узнал о том, что один из наркоманов хранил дома деньги, которые получил от продажи квартиры. В итоге в фонде решили похитить эти деньги.
У них вообще схема работы была интересной. Для того чтобы обезопасить себя от каких-либо обвинений, они сначала создавали своей жертве имидж последнего наркомана, а затем проводили «добрые акции» — увозили наркоманов в свои реабилитационные центры, при этом часто прихватывая ценные вещи. Методы провокации были простыми: фондовцы наливали перед дверьми квартир своих жертв ацетон, разбрасывали шприцы и делали это на протяжении нескольких дней. Затем они ходили по квартирам и уверяли соседей, что в доме живет наркоман. Так было и в этот раз. А после того как фондовцы проникли в квартиру, они забрали с собой не только хозяина квартиры, но и деньги, иконы, золотые изделия и даже кроссовки. Кстати, именно в данном эпизоде участвовал и Маленкин, который, как нам удалось установить, подкинул потерпевшему наркотики, когда наркоманов привезли в полицию на оформление.

— Почему, по вашей версии, ему пришлось подбрасывать наркотики прямо в полиции?


— Сначала Маленкин забыл подложить пакетики с наркотиками. А сотрудники полиции, которые стали оформлять протокол изъятия, позвали в качестве понятых обычных водителей из очереди на оформление ДТП, и в итоге при них никаких наркотиков не нашли. После этого Маленкину позвонили и напомнили о наркотиках, он приехал и отдал наркотики задержанным: мол, это тебе подарок, а это тебе. Ровно по семь граммов каждому. Полицейским пришлось переоформлять протокол изъятия наркотиков. Мы, когда узнали о данном факте, подняли все материалы о ДТП за тот день и нашли свидетелей, которые выступили в качестве понятых в первый раз, и они все подтвердили. Мы установили и еще ряд подобных подбросов, но в материалы этого дела по ряду причин они не вошли.