вторник, 25 сентября 2012 г.

Аналитика по банде Ройзмана: "Ройзман и компания: период полураспада"

Moscow Post написал отличную аналитическую статью о том, как и почему вор на доверии Евгений Ройзман, переквалифицировавшийся позднее в главаря банды убийц, насильников, разбойников, грабителей и наркоторговцев, испытывает проблемы с силовиками.
А также о том, как "ДядеЖене" в его бессмысленной борьбе против закона помогает любовница Аксана Панова, и о вероятных перспективах Ройзмана и его банды.
Наш скромный труд автором статьи также оценен и использован.


Ройзман и компания: период полураспада



План блицкрига Ройзмана

Когда Евгений Ройзман и его близкая подруга Аксана Панова начинали «крестовый поход против силовиков» на Урале, они вряд ли могли предполагать, чем это обернется для их уютной империи.


К моменту начала этого «плана Барбаросса в миниатюре», Ройзман и Панова располагали бесперебойно действующим конвейером «частных тюрем», куда родственники, за приемлемую плату, могли сдать любого, кто им не нравится.
Этот «Гулаг 21 века» приносил неплохой доход, т.к. затраты на содержание узников были минимальны, а сами узники еще и приносили прибыль, когда их сдавали в аренду на стройки.


Часть узников шла в боевики – за поблажками в режиме и, видимо, за доступом к наркотикам (ведь на «операциях фонда» у них был доступ к бесконтрольным деньгам и зелью). В результате, Ройзман мог решать проблемы не только в юридическом поле – силами придворного адвоката, но и методами 90-х.


А медиаплощадка подруги Ройзмана - Аксаны Пановой была раскручена настолько, что давала возможность прикрыть любые действия милого друга. Объявить черное белым и наоборот Пановой, судя по ретроспективной оценке многих ее акций, не только никогда не составляло труда, но и доставляет удовольствие.
Панова, как говорят люди, хорошо с ней знакомые, буквально помешана на «активном формировании повестки» - которое на практике нередко выливается у нее в откровенную ложь или попытки раздуть скандал из вещей повседневных и абсолютно не скандальных. В общем, «высасывание из пальца» часто оказывается у Пановой синонимом «активного формирования повестки».


Аналитики отчасти расходятся во мнениях – что именно побудило Ройзмана и Панову начать этот поход. Точнее, они едины в том, что смена руководства ГУ МВД по Свердловской области, а затем и сразу в двух прокуратурах – областной и окружной – послужило толчком к началу войны. Ройзман почувствовал, что силовики, пришедшие, в результате, на эти посты «ложиться под него» не намерены – а значит, смертельно опасны для его криминального бизнеса.


Однако часть аналитиков добавляет, что был и еще один фактор: те же силовики, по той же причине, стали опасны для ряда крупных финансовых групп, замкнутых на ряд высокопоставленных местных чиновников и остатки ОПС Уралмаш, разгромленного, но не добитого полпредом Петром Латышевым, и привыкших годами воровать огромные средства. Согласно этой версии, именно они дали Ройзману финансирование и часть информации, с которой тот впоследствии пытался работать, щедро сдабривая полученные сведения откровенной ложью – видимо потому что в чистом виде они не являлись серьезным компроматом.


Ну и, конечно, самый первый импульс к последующему разгрому криминальной части Фонда «Город без наркотиков» - под вывеской которого и работала группа Ройзмана - был заложен самим Ройзманом. Свое будущее поражение, Ройзман заложил, когда, ради избрания в Госдуму, поставил блокбастер с элементами вестерна - о перестрелке в уральской деревне Сагра. Там одни местные полукриминальные элементы «забили стрелку» другим таким же элементам, а затем расстреляли из засады тех, кто на эту стрелку приехал.


Ройзман тогда умело назначил «правых» (тех, кто убил и ранил людей выстрелами из засады) и «виноватых» (тех, кто приехал на «стрелку» без огнестрельного оружия). Заодно Ройзман перетянул на свою сторону Уполномоченного по правам человека Татьяну Мерзлякову (которой тогда остро был нужен пиар), и вошел в конфликт с силовиками. Силовики, разумеется, знали, что произошло в Сагре на самом деле, и не собирались поддерживать версию «наркоборца».
Тогда, чтобы заткнуть им рот, Ройзман и Панова провели массированные мероприятия по их дискредитации в глазах общественности. Решение лежало для Пановой и Ройзмана на поверхности: силовики были объявлены крышевателями наркоторговли, коррупционерами и т.п. Народу, в целом, понравилось, и СМИ активно поддержали эти сказки Ройзмана.



Но силовики не стали мстить Ройзману (как он старается представить) и ничего не предприняли против структур и самого «наркоборца» после событий в Сагре. Активные действия силовиков в отношении Фонда Евгения Ройзмана «Город без наркотиков» начались лишь после того, как в «реабилитационном центре» Ройзмана, при вызывающих множество вопросов обстоятельствах, скончалась молодая женщина.
Силовики, как и положено поступать в таких случаях, начали расследование обстоятельств смерти, а Ройзман и группа его поддержки, в своей обычной манере, стали этому расследованию препятствовать.


Но Ройзман и Панова ошиблись в одном: они не поняли, что обстановка меняется, и силовые структуры научились эффективно отвечать в СМИ. Пресс-службам силовых структур, видимо, надоело отмалчиваться, и они стали проявлять активность. А, когда к этой активности пресс-служб, стали присоединяться и другие интересанты, положение Ройзмана стало просто катастрофическим.


В основе имиджа Ройзмана лежали три мифа: миф о честности Ройзмана и его «раскаянии в преступной деятельности по молодости», миф о «наркоборьбе» и миф о «всенародной поддержке» Ройзмана.
Все три мифа Ройзман активно и любовно взращивал долгие годы, но они рухнули почти сразу после того, как в Интернете появились документы о реальном положении вещей.


Наиболее удобно рассматривать все эти документы на сайтах-антиподах блога Ройзмана – «Ройзман-Справка» и «Главарь ОПГ Евгений Ройзман» , т.к. там они собраны и выложены на всеобщее обозрение.


Миф о честности Ройзмана и «раскаявшемся преступнике»

Этот миф был опровергнут целым букетом фактической информации.


Прежде всего, оппоненты Ройзмана рассказали, что он лжет об обстоятельствах своей судимости. В Интернете оказалась ксерокопия приговора вору на доверии Евгению Ройзману:
Ройзман много лет рассказывал интересующимся, что он сидел за ношение ножа.

Как выяснилось, на самом деле, Евгений Ройзман сидел за то, что обворовывал влюбленных в него девушек. Колечки, сережки, джинсы и шарфики перекочевывали от своих обладательниц к Ройзману, под убедительные речи последнего. Врет Ройзман, как следует из текста приговора, всегда очень убедительно – что его оппоненты также рекомендуют принимать во внимание.


Защитники Ройзмана пытались говорить о том, что за 30 лет человек мог исправиться. Но им неизменно отвечали, что человек, обворовывающий женщин, с которыми спит – неисправим, как неисправимо отсутствие совести и хоть каких-либо зачатков морали. И, главное, приводили все новые и новые доказательства вранья Ройзмана, в т.ч. и недавнего.


О том, что Ройзман неизлечимо лжив, говорил и акт психиатрической экспертизы Ройзмана Евгения Вадимовича , из которого следовало, что «испытуемый Ройзман» лжив патологически. Там, в частности, приводился пример поступка, с корыстной точки зрения, бессмысленного: как Ройзман врал врачу, что якобы учится в университете, хотя учился на рабфаке.


Далее, оппоненты Ройзмана привели ужасающий – и по размерам, и по фактуре, перечень криминала, совершенного людьми, близкими к «Фонду» Ройзмана. Даже одни лишь заголовки повергают в шок:

1. «Город без наркотиков» Евгения Ройзмана – банда. СОЖЖЕННЫЕ ТРУПЫ УБИТЫХ ЛЮДЕЙ.

2. РОЙЗМАН ВОЗРОДИЛ РАБОВЛАДЕНИЕ. Жуткий рассказ бывшего узника ГБН.

3. Как банда Ройзмана заточала в частные тюрьмы НЕ-НАРКОМАНОВ

4. Уголовный шлейф фонда «Город без наркотиков» Е. Ройзмана. Эпизод Асбестовский. УБИЙСТВО.

5. Уголовный шлейф фонда Е. Ройзмана «Город без наркотиков». ТЯЖКИЕ ТЕЛЕСНЫЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ.

6. Уголовный шлейф фонда Ройзмана «Город без наркотиков». Эпизод на Сибирском тракте. ГРАБЕЖ.

7. Как фонд Ройзмана подбрасывал героин, лжесвидетельствовал, избивал, насиловал. ИЗНАСИЛОВАНИЕ.

8. Уголовный шлейф фонда Ройзмана «Город без наркотиков». Эпизод на Муратовском. РАЗБОЙ.

9. Уголовный шлейф фонда Ройзмана «Город без наркотиков». ЭПИЗОДЫ ПО ИЗНАСИЛОВАНИЯМ.

10. Как сделать карьеру в ОПГ Ройзмана? (как боевик Ройзмана калечил людей)

11. Ностальгия или «Крестовый поход» Ройзмана против «московских ментов». СОВМЕСТНЫЕ С МЕНТАМИ КРАЖИ.

12. Вопрос для размышлений: Почему наркодельцы до сих пор не отомстили Ройзману?

13. Афера Ройзмана с понятыми. Основа "Города без наркотиков". ФАЛЬШИВЫЕ ПОНЯТЫЕ.

14. Методы медицинской помощи в частной тюрьме Ройзмана, после которых наступила СМЕРТЬ ЧЕЛОВЕКА.


Казалось бы, после такой информации мало что может удивлять. Но даже при этом, шокирует выписка из судебного решения, из которой видно, как Ройзман лично заставлял девушку, не употреблявшую наркотики, подписывать «согласие на добровольную реабилитацию от наркозависимости» .
Провинность девушки перед Фондом «Город без наркотиков», согласно тексту того же судебного решения, состояла в том, что несчастная оказалась сексуально привлекательной для боевиков «Фонда». Сначала боевики заставляли пленную удовлетворять их сексуальные потребности под угрозой подбросить наркотики (значит, неучтенные наркотики в «Фонде» у Ройзмана имеются), а потом и отправили в «Фонд» - видимо, чтобы всегда под рукой была и не навредила насильникам.


Примеры того, как Ройзман врет сейчас, также имеются в изобилии. Наиболее показательны два направления его лжи.Первое – ложь Ройзмана о том, что его «реабилитационные центры» (оппоненты называют их «частными тюрьмами») разогнала полиция, и, мол, поэтому там теперь нет «реабилитантов».


Но, как следует из доказательной базы, собранной оппонентами Евгения Ройзмана, лично он сам разогнал свои реабилитационные центры . Тот факт, что в это «райское место» люди не захотели возвращаться, говорит о том, что постановочные съемки «Фонда» о «счастливых реабилитантах» действительности не отражают.

Это, кстати, стало основанием для оппонентов Ройзмана упрекнуть Уполномоченного по правам человека Татьяну Мерзлякову в том, что она, видимо, «легла под Ройзмана». И, действительно, сложно возразить в ответ на упрек, что все свои выводы о Фонде Мерзлякова делала из поездок туда вместе… с самим Ройзманом, что давало Ройзману все возможности показать то, что ему выгодно и скрыть то, что показывать не нужно. Хотя Мерзлякова имела все возможности нагрянуть с визитом без предупреждения – сама или с той же полицией.


После того, как выяснилось, что полиция изъяла в «реабилитационном центре» дверь карцера, «обоссанный матрас» (это слова самого Ройзмана) и ключ от наручников, заявления о том, что теперь «центр» работать не может, вызывают большое удивление – и недоверие.


Пеняют Ройзману и на отсутствие статистики «излеченных». Статистика, которую с готовностью представляет Ройзман, не выдерживает никакой критики, даже при поверхностном изучении, а независимых исследователей Ройзман не подпускает и на пушечный выстрел. И тот факт, что огромное количество бывших «реабилитантов» продолжает употреблять наркотики после «выписки» из «Фонда», только усугубляет картину.


Второе направление лжи Ройзмана – многочисленные отчеты о его «успехах в наркоборьбе». Мы рассмотрим это отдельно.


Миф о «наркоборьбе» Ройзмана
 
Оппоненты Ройзмана приводят серьезные доказательства того, что «Наркоборьба» у «Фонда» не просто является красивой вывеской, а, похоже, является прикрытием активного участия Ройзмана в рынке наркотиков.


Во-первых, бывшая аналитик Фонда Ройзмана Василиса Ковалева, в своем видеоинтервью, прямо обвинила Евгения Ройзмана и его подельника Евгения Маленкина в переделе рынка наркотиков .


Во-вторых, после того, как боевиков Ройзмана перестали допускать на операции полиции, существенно выросли и количество изымаемых наркотиков, и количество уголовных дел против наркоторговцев. Вот как это сформулировано на сайте Свердловского полицейского Главка: «После того как оперативники полиции отказались принимать участие, по мнению специалистов, в сомнительных операциях фонда «Город без наркотиков», часто проводимых с нарушением закона, раскрываемость увеличилась на 10,1%. И в три раза возросло количество изъятых из незаконного оборота наркотических средств — 72,2 кг против 24,9 кг в прошлом году. На 21,4% полицейскими больше задержано наркодилеров».


Специалисты считают, что причина столь резкого улучшения показателей реальной наркоборьбы после отстранения Ройзмана от этого процесса – в том, что без Ройзмана полиция стала накрывать реальные точки сбыта. Специалисты склонны считать, что ранее Ройзман просто не давал полиции ходить на такие точки сбыта, подсовывая ей, вместо наркодилеров, многочисленные наркопритоны, на которых есть множество наркоманов, но почти нет наркотиков.


В-третьих, о том, что отношения Ройзмана с наркоторговцами не столь однозначны, как он пытается представить, говорит и описанный выше пример, как наркодельцы, почему-то решившие поработать в пользу Ройзмана, дали взятку милиционеру Салимову. Салимов за ту взятку сел (и это правильно), но вопрос – откуда у Ройзмана такие лояльные к нему наркоторговцы и чем он с ними рассчитывается – повис в воздухе.
Как ранее повис и вопрос о том, откуда у боевиков Ройзмана наркотики, которые они намеревались подбросить девушке, не желавшей добровольно обслуживать их сексуальные потребности.


Миф о «всенародной поддержке Ройзмана»

Впервые о том, что у Ройзмана нет никакой «всенародной поддержки», заговорили после того, как он не смог организовать митинг в защиту себя. Ройзман долго пугал власти многотысячными митингами и даже массовыми волнениями, но когда провел «пробный сбор», замаскированный под раздачу наклеек фонда, резко прекратил говорить на эту тему. На митинг в защиту Ройзмана пришло лишь несколько десятков человек.


На городском форуме e1.ru на родине Ройзмана, в Екатеринбурге, острословы шутили по этому поводу, что «боты на митинги не ходят», имея в виду, что немногочисленная группа реальных сторонников (и сотрудников) Ройзмана еще может изобразить вал поддержки в Интернете, но не может воспроизвести его в реальной жизни.


О численности и составе немногочисленной группы активистов, которые в интернете поддерживают Ройзмана, написал сайт «Главарь ОПГ Евгений Ройзман»

По мнению авторов сайта, в группу интернет-активистов Ройзмана входят Евгений Маленкин (официальный руководитель «Фонда»), Виктория Бессонова (подруга Ройзмана ЖЖ-юзер noth_special, на которую так любят ссылаться адепты Ройзмана, как на независимого человека), Игорь Гром (руководитель информационного центра Фонда), Анастасия Удеревская (адвокат «Фонда»), Егор Бычков (человек, обязанный Ройзману заменой реального срока на условный), Вениамин Помазкин (подросток, переходящий как эстафетная палочка, от одного местного оппозиционера к другому, и сейчас – ведущий блога Евгения Ройзмана), Аксана Панова (главный редактор местного интернет-таблоида и близкая подруга Ройзмана).


Не исключено, что на уменьшение и без того небольшой поддержки Ройзмана сыграла последовательная активность его оппонентов в Интернете. Последние не устают давать ссылки на документы, изобличающие криминал Ройзмана и его подельников.


Поединок: закон против медиа

С момента выхода статьи в «Комсомольской правде» - «Ройзман против свердловских силовиков» тактика противоборствующих сторон не претерпела никаких изменений. Силовики – Прокуратура, Полиция и Следственный Комитет – расследуют обстоятельства смерти человека. Как всегда, они делают это не спеша – в силу того, что у них есть определенные процессуальные нормы.

Ройзман, Панова и группа их поддержки – постоянно пытаются переключить внимание публики на что-нибудь, что не связано со смертью человека в «частной тюрьме» Ройзмана и, желательно, дискредитирует силовиков. Пусть даже эта дискредитация и вымышленная.


В результате, Панова и Ройзман непрерывно фонтанируют «креативом» то на тему «Начальник полиции уезжает в Бурятию», то на тему «Федеральный прокурор хотел строить дачу, а потом не стал ее строить», то развешивают по городу фальшивые плакаты с «поздравлениями Ройзману от больших начальников», то еще что-то в этом роде. Темы высасываются из пальца, но подаются с большой помпой.
Ранее «Арт-группа Пановой и Ройзмана», как ее, с иронией, назвали местные журналисты, пыталась рассказывать о коррупции среди силовиков, но, нарвавшись на судебный иск, и проиграв его, ощутимо поутихла на этом направлении. Проигрыш этого судебного процесса, разумеется, вызвал восторг в рядах оппонентов «арт-группы» .


Попытка Ройзмана попасть в Президентский Совет по Правам человека – провалилась. Губернатор Свердловской области – начал формирование системы центров реабилитации наркозависимых. Правительство Свердловской области – начало ставить вопросы о том, что бесплатное владение особняком в котором расположен Фонд, это неправильное решение. И так практически везде – стратегическое отступление Ройзмана, сильно напоминающее бегство оборванной и запыленной армии Наполеона по Старой Смоленской дороге обратно во Францию.


Дело дошло до того, что Ройзман уже дает платную рекламу на радио, с посылом: «Мы работаем – приводите к нам наркоманов!». Судя по всему, и это не дает желаемого результата.


Попытка Ройзмана устроить «наркоборьбу» в Челябинской области, голословно заявляя, что там все так плохо, что хуже просто не бывает, натолкнулась на реакцию уже Федерального Госнаркоконтроля, публично заявившего: «Федеральная служба по борьбе с незаконным оборотом наркотиков полагает, что Челябинское управление работает хорошо. И проблема лишь в том, что именно Челябинская область оказалась на переднем крае борьбы с афганским наркотрафиком. Именно через Челябинскую область наркотики из Афганистана идут в Россию».


А, до этого, Ройзмана уличал во лжи Свердловский Госнаркоконтроль, когда Ройзман попытался присвоить себе успех сотрудников этого ведомства, к которому не имел никакого отношения .


Становится очевидным, что Ройзман и Панова будут бороться «до последнего патрона», но это уже просто их личная борьба, которая носит характер всплеска эмоций и не поддерживается общественностью.


Судя по всему, как только правоохранительные органы закончат, обусловленные процессуальными нормами, сбор и документальное оформление доказательной базы, у «Арт-группы» наступят совсем тяжелые времена.
Возможно, Ройзман рассчитывает на то, что он не является, официально, должностным лицом в «Фонде».
Но, во-первых, кроме «Фонда» есть еще немало криминальных дел, в которых, похоже, «торчат уши» Ройзмана, а во-вторых, сдача очередных соратников вряд ли добавит Ройзману очков в глазах его сторонников.


Любопытно, что Ройзман уже начал публично заботиться о судьбе… нет, не наркоманов, а «политических заключенных». На себя примеряет их судьбу и готовится перевести вопрос с криминала его «Фонда» на «месть за оппозиционную деятельность»?


Ну, а до тех пор, пока Полиция, Прокуратура и Следственный Комитет не завершат работу с доказательной базой, видимо, все так и будут обречены наблюдать натужный «креатив» заходящейся, от страха, в банальной истерике «сладкой парочки».
Надоело, конечно, но достойно дождаться суда за свои прегрешения могут не все люди. Некоторым непременно надо «делать хоть что-нибудь».


воскресенье, 23 сентября 2012 г.

Чтобы вырваться из «частной тюрьмы» Ройзмана люди готовы были покалечить себя


Хитрый манипулятор Евгений Ройзман прикладывает недюжинные усилия, чтобы убедить общественность в том, что в его «реабилитационных центрах» наркоманы обретают душевное спокойствие и чуть ли не счастье, и это помогает им навсегда избавиться от пагубного пристрастия – наркотиков. Ройзман и его подручные показывают благолепные фотографии с радостно улыбающимися «реабилитантами», устраивает показательные экскурсии для родителей наркоманов, журналистов  и блогеров, рассказывает о десятках желающих добровольно попасть «на лечение к Ройзману» и сотнях родителей, которые с утра до вечера обивают пороги фонда «Город без наркотиков», с просьбой «взять» их сына или дочь к доброму Дяде Жене и спасти от верной гибели. Ройзман немало преуспел на этом поприще – армия его преданных поклонников безоговорочно верит своему кумиру и не только старательно разносит каждое ройзмановское слово, но и готово вцепиться в горло каждому, кто только усомнится в правоте Дяди Жени.

 До недавнего времени все у Ройзмана шло как по маслу. Редкие голоса его противников тонули в оре ройзмановских хомячков, журналисты писали восторженные статьи об «уральском борце с наркомафией», а Ройзман, тем временем, сколачивал себе капитал из общественного признания и вполне осязаемых денег – за каждого «пациента» платили деньги, на счета Ройзмана шли пожертвования от граждан, да и сами «реабилитанты» вовсю пахали на разных объектах и, понятно, что не задаром.

Что на самом деле творится в «частных тюрьмах» банды Ройзмана – стало выясняться лишь недавно, после смерти одной из заключенных – Татьяны Казанцевой. Правоохранительные органы, как им и положено, в случае подозрительной смерти человека, начали расследование этого трагического случая. Ройзман и его подельники не просто были против этого расследования. Сопротивлялись они просто яростно. Развернулась широкая информационная война, в ходе которых на силовиков вылились тонны грязи и клеветы, сам Ройзман подключил все свои связи, пытаясь надавить на следствие и заставить их прекратить копаться в его фонде. Ройзман не только попытался войти в президентский совет по правам человека, надеясь, что оттуда он сможет «разрулить» ситуацию, но даже намеревался прорваться к самому президенту – тщетно.

Пока Ройзман пытался заручиться поддержкой на самых верхах российской власти, его бандиты действовали привычными и доступными им методами – искали тех, кто может выступить свидетелем и рассказать о беспределе, творившемся в ройзмановских «частных тюрьмах», и пытались заткнуть им рты. Самыми опасными для Ройзмана и его ОПГ были, само собой, те, кто прошел через его «реабилитацию» и не только своими глазами видел весь творящийся там кошмар, но и на своей шкуре испытал все «счастье» - избиения, пытки и унижения. Те бывшие «реабилитанты», кто прошел через государственные пенитенциарные заведения (были и такие), а потом попал в «частную тюрьму» доброго Дяди Жени, говорили, что согласны вновь отправиться на зону, лишь бы больше не попадать к Ройзману. Были даже такие, которые готовы были нанести себе тяжкие увечья, лишь бы вырваться от Ройзмана.

Газета «Вечерние Ведомости» собрала информацию и рассказала – как охотятся бандиты Ройзмана на бывших реабилитантов.

суббота, 8 сентября 2012 г.

Только факты. Наглядное сравнение порядков в «реабилитационных центрах» Ройзмана и в настоящем концлагере.


Вот так заведено у Ройзмана:

В туалет можно ходить только по расписанию, если кто-то не вытерпел и сходил под себя – его все начинают чморить. Еще чморят тех, про кого ходят слухи, что они до центра были пидорами или еще чем-нибудь «отличились», из одной посуды с ними не едят, вообще стараются рядом с «петухами» не светится. Ты – никто, ты «мразота», тебя просто чморят по-жесткому, пока ты не утвердишься в коллективе. Статус «Ключника» или «Опера» нужно заработать. «Опера» - это те, кто пытается у тех, кто в центре, узнать имена барыг, точки. Есть даже «старшие опера», у меня друг один таким стал, руководил закупками. Среди них встречаются нормальные люди, но редко, а бывает так, что нормальный-нормальный, а потом вдруг начинает п***ить ни за что, ты даже не понимаешь, что от тебя хотят. Короче, все по понятиям как на зоне, может, даже покруче.

На днях в сети появилось видео, на котором одна из бывших пациенток фонда, сидя спиной, рассказывает об ужасах, которые ей довелось пережить во время реабилитации. По словам девушки, реабилитанток заставляли подолгу приседать, унижали, били, приковывали наручниками, не давали сходить в туалет, а умершую впоследствии Татьяну волочили за руки и за ноги в карантин, а также били ногой по голове.   

Три месяца я провела в застенках, в концлагере. Знающие люди говорили: на зоне легче. За малейшую провинность — приседать час-два. У девчонок печень больная, ноги гниющие, почки опущены. Спина болит. Но на любое слово, что ты не можешь это делать, нам говорили: «На х... ты кололась?» Это был ответ на все. Отказываешься приседать — на пять дней наручники, и на матрас или даже просто на сетку. Унижения постоянные, мат. На любой твой ответ — наручники, хлеб-вода. Лучше молчать.

А вот так, по воспоминаниям публициста Станислава Мацкевича, дело было поставлено в польском концлагере Берёза Картузская, который был создан по образу Дахау:

                Далее он описывает верного друга Ю. Пилсудского, Костека-Бернацкого, который был назначен комендантом лагеря: «Это был больной садист…Он с удовольствием выдумывал всякие пытки, с дегенератским удовольствием давая им ласковые названия – «гимнастика», «устав». Главная пытка – отказ в праве справлять нужду. Только раз в день, в 4:15 утра, узников выводили и командовали: «Раз, два, три, три с половиной, четыре!» За эти полторы секунды всё должно быть уже закончено». 
              По рассказам С. Мацкевича, кормили заключённых отвратительным хлебом, что никак не способствовало лёгкому пищеварению. С переполненными желудками людей заставляли делать «гимнастику» - сидеть в глубоком приседе с поднятыми вверх руками на протяжении 7 часов! В приседе бегать, ходить, спускаться с лестниц и подниматься обратно. При этом на узников сыпались удар за ударом, особенно, если чей-то желудок не выдержал.
             Уголовники назначались дежурными по бараку, контролировали выполнение «гимнастики»… Им разрешалось избивать остальных заключённых»


Выводы делайте сами… На наш взгляд – особой разницы нет.