В последнее время Ройзман все чаще проговаривается. Недавно вот прокололся, когда поведал о безутешной матери, которая привела своего сына-обдолбыша к Ройзману Спасителю, да не просто привела, а притаранила в авоське материалы уголовного дела! Которое, как раз, сейчас в стадии расследования!
Да, трудно сосредоточиться на тонкостях манипуляций, когда дело пахнет керосином.
Сегодня – очередные откровения, которые уже читаются даже не между строк, а прямым текстом за авторством самого Ройзмана, в его блоге.
Нынче Дядя Женя чистосердечно рассказал, что добровольно (как он нас убеждал и убеждает) в его частные тюрьмы (адепты секты Ройзмана называют их «реабилитационные центры») люди не идут. А так же, самолично подтвердил слухи о сворачивании своих дел на Урале и готовящейся эвакуации. То ли в Москву, то ли в Израиль – тут мнения расходятся.
Вот что про это писали «Вечерние Ведомости»:
Вместо Израиля – Москва. Бегство Ройзмана с Урала – вопрос пары месяцев
Как сообщают слухмейкеры, свердловский общественник Евгений Ройзман активно сворачивает свои проекты на Среднем Урале и готовится к отъезду. Так, из трех реабилитационных центров два уже закрыты, а в третьем находится не более двух десятков человек.
Ювелирный бизнес, оформленный на партнеров, также готовится к переезду. Друзья и товарищи общественника крайне обеспокоены таким поворотом дела, поскольку все указывает на то, что Евгений Вадимович (рассорившийся перед отъездом с полицией и всеми, с кем можно) собирается оставить их без всякой поддержки. И хотя Евгений Ройзман пытается убедить коллег, что он останется жить на уральской земле, мало кто ему верит. Соратники Ройзмана в последние месяцы находятся в постоянном напряжении, регулярно наводят справки о планах своего кумира – и неплохо осведомлены о предстоящем бегстве.
По слухам, Евгений Вадимович уже подал документы в Совет по правам человека при президенте РФ, вероятно, это и станет его основным занятием в ближайшее время.
И конечно же, слухмейкеры не оставили без внимания то обстоятельство, что «забирает» Ройзмана в Москву не кто иной, как Михаил Прохоров.
Сам Ройзман в узком кругу друзей недавно оговорился, что «в Москве солнце светит ярче». И улыбнулся.
А вот что нынче пишет сам Ройзман:
На Белоярке - осталось четырнадцать человек. А территория большая и хозяйство большое. Уже закрыли ремонтные мастерские, столярку. Через какое - то время придется ликвидировать остальное.
На Женском - четыре человека. Было - пятьдесят. И очередь - двести пятьдесят.
Детский пуст.
На Изоплите непривычно тихо. Все открыто. Людей нет. Палаты пустые. Шестнадцать человек осталось (с 2000 года начиная - меньше ста и не бывало. до ста пятидесяти доходило).
Ясно дело, что виноваты во всем «злые менты», которые все порушили и не дают Благодетелю Ройзману вершить добро, тут все понятно.
Правда менты, вроде, кордоны у ройзмановских тюряг не выставили, никого на подходах не отстреливают и даже не отлавливают – вон родители приезжают: «У ворот несколько машин. Родители приехали. Вышел - обступили. Заберите нашего! Когда брать будете?», - пишет Ройзман. «Заберите нашего…» - как вам это?
Но «брать» сейчас Ройзман никого не решается.
Если б кто пришел сам, по своей воле, он бы взял. А «брать» в смысле «послать братву, чтоб повязали» - опасается – знает насколько это «законно».
Но добровольно никто не идет, вот «трудовые лагеря» и пустеют.
Так что, совсем даже неглупый человек Ройзман понимает, что ловить ему тут – все меньше и меньше, а тучи все гуще и гуще.
Потому – валить надо. Вот он, под знакомую песню «я хотел добра, но менты все разрушили» и сворачивает свои дела, готовит общественное мнение: «Через какое - то время придется ликвидировать остальное». Дескать, не удивляйтесь, когда все, совсем закрою. Вы же в курсе - кто во всем виноват?
Да, трудно сосредоточиться на тонкостях манипуляций, когда дело пахнет керосином.
Сегодня – очередные откровения, которые уже читаются даже не между строк, а прямым текстом за авторством самого Ройзмана, в его блоге.
Нынче Дядя Женя чистосердечно рассказал, что добровольно (как он нас убеждал и убеждает) в его частные тюрьмы (адепты секты Ройзмана называют их «реабилитационные центры») люди не идут. А так же, самолично подтвердил слухи о сворачивании своих дел на Урале и готовящейся эвакуации. То ли в Москву, то ли в Израиль – тут мнения расходятся.
Вот что про это писали «Вечерние Ведомости»:
Вместо Израиля – Москва. Бегство Ройзмана с Урала – вопрос пары месяцев
Как сообщают слухмейкеры, свердловский общественник Евгений Ройзман активно сворачивает свои проекты на Среднем Урале и готовится к отъезду. Так, из трех реабилитационных центров два уже закрыты, а в третьем находится не более двух десятков человек.
Ювелирный бизнес, оформленный на партнеров, также готовится к переезду. Друзья и товарищи общественника крайне обеспокоены таким поворотом дела, поскольку все указывает на то, что Евгений Вадимович (рассорившийся перед отъездом с полицией и всеми, с кем можно) собирается оставить их без всякой поддержки. И хотя Евгений Ройзман пытается убедить коллег, что он останется жить на уральской земле, мало кто ему верит. Соратники Ройзмана в последние месяцы находятся в постоянном напряжении, регулярно наводят справки о планах своего кумира – и неплохо осведомлены о предстоящем бегстве.
По слухам, Евгений Вадимович уже подал документы в Совет по правам человека при президенте РФ, вероятно, это и станет его основным занятием в ближайшее время.
И конечно же, слухмейкеры не оставили без внимания то обстоятельство, что «забирает» Ройзмана в Москву не кто иной, как Михаил Прохоров.
Сам Ройзман в узком кругу друзей недавно оговорился, что «в Москве солнце светит ярче». И улыбнулся.
А вот что нынче пишет сам Ройзман:
На Белоярке - осталось четырнадцать человек. А территория большая и хозяйство большое. Уже закрыли ремонтные мастерские, столярку. Через какое - то время придется ликвидировать остальное.
На Женском - четыре человека. Было - пятьдесят. И очередь - двести пятьдесят.
Детский пуст.
На Изоплите непривычно тихо. Все открыто. Людей нет. Палаты пустые. Шестнадцать человек осталось (с 2000 года начиная - меньше ста и не бывало. до ста пятидесяти доходило).
Ясно дело, что виноваты во всем «злые менты», которые все порушили и не дают Благодетелю Ройзману вершить добро, тут все понятно.
Правда менты, вроде, кордоны у ройзмановских тюряг не выставили, никого на подходах не отстреливают и даже не отлавливают – вон родители приезжают: «У ворот несколько машин. Родители приехали. Вышел - обступили. Заберите нашего! Когда брать будете?», - пишет Ройзман. «Заберите нашего…» - как вам это?
Но «брать» сейчас Ройзман никого не решается.
Если б кто пришел сам, по своей воле, он бы взял. А «брать» в смысле «послать братву, чтоб повязали» - опасается – знает насколько это «законно».
Но добровольно никто не идет, вот «трудовые лагеря» и пустеют.
Так что, совсем даже неглупый человек Ройзман понимает, что ловить ему тут – все меньше и меньше, а тучи все гуще и гуще.
Потому – валить надо. Вот он, под знакомую песню «я хотел добра, но менты все разрушили» и сворачивает свои дела, готовит общественное мнение: «Через какое - то время придется ликвидировать остальное». Дескать, не удивляйтесь, когда все, совсем закрою. Вы же в курсе - кто во всем виноват?
